Уважаемый Борис! Ваше выступление я слышала по радио и решила рассказать историю семьи своего отца – Черняк Авеля Азаровича.

Посылаю копию фоторграфии его семьи: на первом плане его отец Азарий Черняк, мать Фрида, слева племянница Рахель. Справа дочь его сестры, она на втором плане вместе с мужем. Справа брат папы с женой, они остались живы. Рахель чудом спаслась и видела все происшедшее. Остальные были расстреляны. Рахель жива и сейчас живет в Самаре. Она очень долго молчала и только недавно по моей просьбе написала обо всем. Отрывок из этого письма я вам пересылаю. Надеюсь, что это очень важно.

Я благодарю вас за такой благородный труд. Буду рада помочь.

Галина Семищева (Черняк)
19.11.2007

... немцы шли очень быстро. За пару дней до оккупации военкомат предложил женам военнослужащих брать детей, минимум вещей и отвезти их на грузовиках до станции (которую к тому времени уже бомбили) и там эвакуировать поездом. Стариков и родителей не брали. Мама умоляла, плакала разрешить взять родителей, но отказали всем. Кто-то уехал без родителей, кто-то – нет. Мама не смогла сподличать. Они запрягли корову, посадили нас с бабушкой и поехали к станции. Скоро немцы на мотоциклах нас догнали (некоторые поехали в другом направлении и успели спастись). Мы вернулись в Хиславичи. При отступлении наши части подожгли дома, и наша улица полностью сгорела. Мы вернулись на пепелище. Питались жмыхом и полусгоревшей картошкой из погреба. Мы стали жить в домике у папиной сестры (молодая красивая девушка ушла с группой еврейской молодежи в партизаны. В сентябре 1942 г. Ее поймали и расстреляли).Вскоре всех евреев согнали на одну улицу по многу семей в каждый дом, и эту улицу огородили. Поначалу можно было выходить, так по деревням доставали пропитание. Осенью 1941 г. Всех мужчин, а это были одни старики, среди них и дедушка, немцы собрали и послали на какие-то работы, с которых они не вернулись. Когда они погибли, и где – мы так и не узнали. По гетто прошел слух, что немцы планируют какую-то акцию. Бабушка ходила плохо. Мама взяла нас, и мы убежали в деревню к знакомой крестьянке. Она была религиозная, евангелистка. Муж ее был репрессирован за веру. 20 марта 1942 г. Всех жителей гетто увели в ров неподалеку и там расстреляли. Ленинградские родственники хиславичан потавили на этом месте памятник. Хозяйка вырыла у себя в огороде яму, замаскировала ее сверху, и мы там жили. Трудно было с сестренкой. Ей было 5 лет, она капризничала, и всё хотела выйти наверх. Были планы перезти нас через религиозных подальше в глушь. Это была весна, половодье отрезало деревню от дорог. 20 мая 1942 г. На лодках приплыли полицаи, мы успели из ямы уйти в лесок, и тем самым спасли хозяйку. Думаю, что кто-то из деревенских указал на нас и нас поймали. Мама была в крестьянской одежде, но это не помогло. Немцев среди полицаев не было. Нас привели в участок, бросили в комнату...

Оригинал письма >>>

наверх